Сговор троцкистско-бухаринских контрреволюционеров с гитлеровцами. Часть вторая

Вопрос о реставрации капитализма

В предыдущей части статьи мы упомянули о том, как Троцкий заявил Пятакову в 1935 году о намерении осуществить капиталистическую реставрацию. Правда, некоторые полагают, будто соответствующее намерение приписала Бронштейну т.н. “Сталинская пропаганда”. Дальше начинаются дилетантские разговоры о том, что человек, якобы внёсший вклад в победу Октябрьской революции, в становление Красной Армии, якобы не мог оказаться в числе сторонников возвращения буржуазной системы

Утверждения о том, что Троцкий якобы не мог призывать к капиталистической реставрации, носят поверхностный характер. Сперва следует напомнить, что Бронштейн полагал, что социализм может одержать победу исключительно в общемировом масштабе. А в одной стране, по его мнению, социализм построить нереально. Более того, он вместе с Зиновьевым в своё время оспаривали тезис В.И. Ленина о возможности победы социализма в отдельно взятой стране.[1] На этом основании Троцкий расценивал попытку социалистического строительства в одном государстве как бесперспективную авантюру.

В конце 1910-х – начале 1920-х гг., когда в мире поднялась волна революционных движений, масштабных протестов трудящихся, Троцкий полагал, что все условия для общемировой победы социализма сложились. В этой связи он и его единомышленники призывали приложить максимальное количество усилий, направленных на превращение Страны Советов в плацдарм международной революции. Однако в дальнейшем, после угасания революционных выступлений в Европе (и не только), после временной и частичной стабилизации капитализма во всём мире, Бронштейн считал, что политика построения социализма в одной стране непременно потерпит крах и даже приведёт Советское государство к «международной изоляции», которая, в свою очередь, якобы обернётся ослаблением страны, сделает её бессильной перед капиталистическим окружением и в результате приведёт к  поражению Страны Советов в надвигающейся войне с мировым империализмом.

Соответствующие мысли были прямо изложены Троцким в «Открытом письме членам ВКП (б)», опубликованном в «Бюллетени оппозиции» от 23 марта 1930 года. В частности, он писал, что «отступление всё равно неизбежно». По словам Троцкого, его «нужно совершить… как можно раньше и как можно в большем порядке». В частности, он призвал «отказаться от «идеалов» замкнутого хозяйства». Троцкий отметил, что следует «разработать новый вариант плана, рассчитанный на возможно широкое взаимодействие с мировым рынком».[2]

Как Троцкий обслуживал интересы международной олигархии

Впрочем, дело не ограничивалось абстрактными призывами. Известно, что Л.Д. Троцкий, заняв должность председателя концессионного комитета в 1925 году, начал заключать с международными компаниями договоры на кабальных условиях. В пользование иностранному капиталу передавалось огромное количество предприятий, месторождений, огромные масштабы территорий для ведения экономической деятельности. Более того, им предоставлялось значительное число преференций, фактически позволялось нарушать Советское трудовое законодательство. Фактически государство устранялось от контроля над их деятельностью.[3]

Между прочим, сам Троцкий в своей автобиографии «Моя жизнь», вспоминая свою деятельность на посту руководителя концессионного комитета, недвусмысленно дал понять, что он был озабочен отнюдь не стремлением укрепить и модернизировать народное хозяйство. Какие мотивы им двигали? Бронштейн подчёркивал, что «в борьбе против тупоумного национального подхода к хозяйственным вопросам («независимость» путём самодовлеющей изолированности)» им была выдвинута проблема «разработки системы сравнительности коэффициентов нашего хозяйства и мирового». По его словам, соответствующая проблема «вытекала из необходимости правильно ориентировки на мировом рынке…».

Обратите внимание на авторские оценки политики Советской власти: «ориентация на взаимодействие с мировым рынком», «правильная ориентировка на мировом рынке», «тупоумный национальный подход» в экономике. Стремление достичь экономическую самостоятельность Троцкий расценивал как «изолированность» (хотя даже невооружённым глазом видно, что Советская экономика таковой не являлась – прим.авт.). Соответствующие подходы практически ничем не отличаются от тех, которые проповедуют в настоящее время апологеты т.н. «глобализма» (сторонники политики «вашингтонского консенсуса»).

Кроме того, Троцкий в «Моей жизни» отметил, что «по самому существу своему проблема сравнительных коэффициентов, вытекавшая из признания господства мировых производительных сил над национальными, означала поход против реакционной теории социализма в отдельной стране».

Данное обстоятельство полностью выдаёт с головой Троцкого и его единомышленников.

Михаил Чистый

[1] И Троцкий, и Зиновьев опровергали мысль В.И. Ленина о том, что в виду неравномерного характера экономического и политического развития капиталистических стран социализм может взять верх в одной стране. Оба они полагали, что в период домонополистического капитализма неравномерность развития наблюдалась в наибольшей степени, чем в эпоху империализма. По их мнению, в этой связи основания рассчитывать на победу социалистической революции в отдельно взятой стране отсутствуют.

[2] На самом деле политика Советской власти была направлена не на «изоляцию экономики», а на преодоление хозяйственной отсталости нашей страны, сохранившейся с дореволюционных времён. Речь шла о создании мощной индустриальной базы в СССР, о ликвидации зависимости нашей экономики от зарубежных поставок машин и промышленного оборудования (данное положение вещей сыграло весьма злую шутку с Российской империей в годы Первой мировой войны, когда прекращение зарубежных поставок машин и оборудования привёл к дезорганизации в работе промышленности, со всеми вытекающими отсюда последствиями. См. мемуары А.И. Деникина «Очерки русской смуты» – прим. авт).

Кроме того, в начале 1930-х годов ведущие капиталистические страны ввели экономические санкции против СССР (речь идёт об эмбарго на товары Советского экспорта). Соответственно, шансы на взаимодействие с западными государствами были сведены к нулю. Как при сложившихся обстоятельствах можно было реализовать соответствующую идею? Только лишь ценой многочисленных уступок мировому империализму в экономической и во внешнеполитической сферах (собственно говоря, это и делалось Троцким во второй половине 1920-х годов, было реализовано Горбачёвым и Ельциным в 1980-ые – 1990-ые годы).

Представляется, что экономику СССР 1930-х – 1940-х годов никоим образом нельзя охарактеризовать как «замкнутую». Экспорт зерна, золота, использование доходов от него на приобретение станков, сотрудничество целого ряда Советских предприятий с зарубежными фирмами во время проведения индустриализации и т.д. – разве это признаки экономической «закрытости»? Также не следует забывать, что в 1938 году 63,6% Советского экспорта составляла промышленная продукция, 36,4% – сельскохозяйственная. Вполне понятно, что ни о каком изоляционизме речи не шло.

[3] Например. 14 ноября 1925 года компания «Лена Голдфилдс» получила концессию на разработку приисков в районе р. Лены. Кроме того, владевший данной компанией британский банковский консорциум и располагавший связями с американским банковским домом «Кун Лееб» получил право добывать золото на протяжении 30 лет. По условиям договора площадь концессии охватывала территорию от Якутии до восточных склонов Уральских гор. Компания получила право добывать не только золото, но и медь, серебро, железо, свинец, получила в пользование огромный комплекс металлургических предприятий (Ревдинский, Северский, Бисертский заводы, Дегтярское и Зюзельское медные месторождения, Ревдинские железные рудники, Егоршинские угольные копи и т.д.). По условиям договора о разделе продукции, доля Советской власти в добываемых драгоценных металлах составляла… 7% (!).

А аргументы о том, что была экономическая разруха и поэтому, дескать, нужно было использовать кого-угодно, вплоть до иностранных инвесторов и создавать для них максимально благоприятные условия, лишь бы добиться элементарной стабилизации, несостоятельны. С 1921 года, когда был провозглашен переход к Новой экономической политике (к НЭПу), когда Россия выбиралась из катастрофического состояния, Советская власть, разумеется, прибегала к использованию концессий. Однако они использовались в определённых размерах и на условиях, выгодных нашему государству. Однако в 1925 году, когда экономика Страны Советов достигла показателей 1913 года, на повестку дня встал иной вопрос – преодоление отсталости России, её превращение из аграрной страны в индустриальную. В условиях нависшей над СССР внешней угрозы актуальность данной задачи удваивалась. И в этих условиях Троцкий рассматривал капитал в качестве ключевого локомотива развития! Тогда, когда острая необходимость в использовании механизма концессий уже не стояла на первом плане, как в начале 1920-х годов! Это во-первых. Во-вторых, следует отметить, что концессия представляет собой форму государственно-частного партнёрства, допуск частных предпринимателей к использованию объектов, находящихся в собственности государства. Соответствующие соглашения, как правило заключаются на взаимовыгодных условиях.  Говоря простым языком, государство привлекает частные фирмы к управлению принадлежащих ему объектов и контролирует их использование. Однако Троцкий предоставлял зарубежным капиталистам ресурсы в неограниченном количестве, фактически не контролировал их деятельность. И чем это обернулось? Обещавшая увеличение инвестиций в разработку ленских приисков компания «Лена Голдфилдс» (это было условием заключения соглашения – прим.авт.) фактически ничего не вложила в развитие приисков и предприятий. Вся её деятельность была направлена исключительно на вывоз добытого золота за границу. Кроме того, данная фирма всеми правдами и неправдами уклонялась от уплаты налогов в Советский бюджет (а это прямой саботаж и финансовый подрыв государства). Руководство «Лены Голдфилдс» нарушало трудовое и социальное законодательство СССР. Дело кончилось тем, что в 1929 году рабочие приисков организовали чреду забастовок. К чему приводит практика фактического отстранения государства от контроля над своей собственностью, показывают события времён «перестройки» и «реформ».

Иностранцы, получив весомую долю в народном хозяйстве нашей страны, не стали бы всерьёз заниматься индустриализацией. И это не случайно – никто своими руками не станет взращивать себе сильного конкурента. Деятельность вышеупомянутой компании «Лена Голдфилдс» прямо говорит об этом. Также отметим, что иностранцев не интересует реальный сектор экономики нашей страны. Они стремятся получить исключительно наши несметные природные богатства, бесконтрольно использовать их в собственных интересах. Т.е., мировой капитал заинтересован исключительно в добыче и в массовом экспорте энергоресурсов нашей страны. Понятно, что для Запада это выгода, а для нашей страны – потеря.

Всё это вполне сопоставимо с ущербным для России проектом «Сахалин 2» (как по самой сути, так и по действиям его участников – консорциумом Sakhalin Energy во главе с нидерландской Shell ).

Михаил Чистый, вице-президент РОО “Бородино 2012 – 2045”, кандидат исторических наук, почётный доктор исторических наук

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.